Уходящий год для ЕС был ужасным. Наступающий будет хуже, — мнение

Уходящий год для ЕС был ужасным. Наступающий будет хуже, — мнение | Русская весна

«Этот год был трудным…» Традиционное начало тостов, звучащих за считаные минуты-секунды до того, как куранты приступят к исполнению своих последних двенадцати ударов в уходящем году.

двенадцати ударов в уходящем году

Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2223124.html Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.
двенадцати ударов в уходящем году

Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2223124.html Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.

В испанской прессе, обращенной к Евросоюзу, этот тост звучит сегодня как-то особенно пессимистично, растерянно и, выражаясь языком музыкантов, фортиссимо. Да еще и в режиме крещендо — с нарастанием и всеподавляющим усилением.

«2016 год был Annus horribilis (ужасный год — лат.) для Европейского союза», — не стесняясь, бьет заголовком El Confidencial. И так, чтобы уж совсем наповал, наносит еще один «прямой в голову»:

«2016-й был худшим годом для европейского проекта с момента его создания. Годом, в который уместились теракты с многочисленными жертвами, миграционные потоки, больше напоминавшие цунами, дестабилизирующие страны ЕС и Сообщество целиком, референдумы и мощный подъем националистического популизма».

Поставив на стол опорожненный «за все хорошее» новогодний фужер, считает автор, корреспондент издания в Брюсселе Эсекьель Мендоса, руководителям Евросоюза следует присесть на что-нибудь жесткое и посоображать, как провести работу над ошибками. Чтобы не было мучительно больно произносить тост за уходящий 2017-й в еще более темных тонах.

«Европа понизила, и сильно, уровень отношений между членами ее содружества в таких приоритетных областях, как безопасность, экономическое и политическое сотрудничество, международные отношения.

И, несмотря на титанические усилия Брюсселя, удержать ситуацию на плаву не удалось», — резюмирует журналист.

Итак, чем запомнится 2016-й для ЕС.

Все началось с прибытия Дэвида Кэмерона в столицу Евросоюза и оглашения британским премьером запроса на получение Лондоном новых преимуществ, делающих Великобританию в «Содружестве 28-ми» «равнее» других: более суверенной, менее расположенной к приему иммигрантов (беженцев), более социально обеспеченной и менее управляемой из правительства ЕС в экономическом плане.

За эти уступки Кэмерон готов был пообещать Брюсселю все что угодно, хоть даже сохранение Соединенного Королевства в Европейском сообществе, хотя для этого еще предстояло выиграть референдум. Кэмерону казалось, что с этими преимуществами-уступками у него на руках будет набор небьющихся козырей.

«Найджел Фарадж не знал, что думает Кэмерон, он просто гнул свою линию, организуя крестовый поход за «нет» Евросоюзу на референдуме. Который в итоге и обозначил новый путь Великобритании — путь на выход, — отмечает Мендоса. — Не помогла / не остановила даже смерть лейбористки Джо Кокс, убитой и растерзанной за свои взгляды в пользу «антибрекзита».

Кэмерон подал в отставку, которая была подана как благородный жест человека, признавшего свое поражение, но на самом деле отставку следовало бы воспринимать как желание экс-премьера снять с себя ответственность за то, что произошло, и нежелание что-то делать по воле большинства, проголосовавшего за выход.

«Второе противоречивое и, как выясняется, очень горькое решение года — заключение пакта между ЕС и Турцией: „мы вам — надежный забор от беженцев, а вы нам — деньги на него“. Соглашение должно было закрыть маршрут трафика нелегалов Турция — Греция через Эгейское море, которым за год в Европу прибыло более миллиона непрошеных гостей», — продолжает подсчет провалов корреспондент.

ЕС не проявил поспешности в переводе денег (вопрос был оценен сторонами в 6 миллиардов евро), тут еще, совершенно некстати, подвернулся (неудавшийся) переворот, после которого Реджеп Эрдоган занялся наведением порядка в своей стране железной рукой. Методика эта у ЕС восторга не вызвала.

Эрдоган, в свою очередь, призывы Брюсселя к Анкаре «быть мягче и толерантнее» не воспринял и в результате всего этого двинулся в сторону Москвы. ЕС не нашел ничего умнее, чем заморозить переговоры с турецким лидером о благе, которое османское государство должно было сотворить для 28 европейских почти союзников.

Провал третий (хотя по степени важности он должен значиться под первым номером) — хваленая еэсовская безопасность.

«Теракты в брюссельском аэропорту, на набережной Ниццы и рождественском рынке Берлина — каждый из них призывал к активным действиям по предотвращению следующего, но ощущений того, что опасность нам не угрожает, создано так и не было, — констатирует автор El Confidencial.

— Более того, тот факт, что авторы терактов и их сообщники еще до совершения ими преступлений в 2016 году значились во всех черных списках полиции, но беспрепятственно передвигались по государствам ЕС и делали свое черное дело, только сильнее напугал европейское население».

Взлет и расцвет популизма — провал четвертый.

«Популярность Олланда после теракта опустилась до самого дна, не обещая подняться, — подчеркивает Мендоса. — А популярность Марин Ле Пен, выступающей против иммигрантов, мусульман и Евросоюза в целом, наоборот, резко пошла в гору.

Такие же речи раздаются из уст правых в Австрии и Нидерландах практически ежедневно. Это пугает. А тут еще Трамп, победивший на президентских выборах в США».

Это — провал номер пять.

Действительно, с куратором из-за океана Евросоюзу не подфартило. Мало того, что, еще будучи кандидатом, Дональд Трамп намекнул на отсутствие у него желания «крышевать» ЕС, так он ведь и отказался от сложившейся у политиков традиции «перед выборами пообещал так, после выборов все сделал по-другому» и действительно бросил Европу на саморазбирательство внутри самой себя, не давая подсказок и не задавая наводящих вопросов.

Легким движением руки Трамп похоронил надежды на подписание договора о Трансатлантическом торгово-инвестиционном партнерстве и твердо намеревается сотворить развод США с партнерством Транстихоокеанским.

Вишенкой на торте выступил провал итальянского референдума по Конституции страны, после которого на Апеннинах наступил очередной правительственный кризис и премьер-министр Маттео Ренци подал в отставку.

«Два референдума, две отставки и два разочарования — эти шесть глобальных событий буквально „раздели“ Европу, „расконтачили“ отношения государств внутри ЕС, — подводит итог аналитик. — И в будущем году Евросоюзу не будет легче.

Достаточно вспомнить только то, что в марте Великобритания должна объявить об активации статьи 50 Лиссабонского соглашения о выходе из ЕС. И добавить к этому ожидание потрясений, которые обещают грядущие выборы во Франции, Германии и Нидерландах. Захватит ли популизм новые территории или весь пар уйдет в свисток?

Еще одна проблема — стабилизация работы парламента Евросоюза. В январе евродепутатам предстоит выбрать нового главу высшего законодательного органа ЕС.

Противостояние, нет, пожалуй, даже противоборство социалистов и консерваторов в Европарламенте достигло критической точки. Ни о каком компромиссе речи быть не может. В общем, уходящий год был ужасным. Определение наступающему еще предстоит подобрать, но уже сейчас ясно, что оно будет выражать новую, более высокую степень кошмарности».

Владимир Добрынин

Количество просмотров: 11 722



b4a8f662eb47b5d8