ОЗХО попадает под удар, обвиняя Сирию и Россию

ОЗХО попадает под удар, обвиняя Сирию и Россию  | Русская весна

21 ноября 2018 г. на 4-й Обзорной конференции Организации по запрещению химического оружия постоянный представитель организации от США Кеннет Уорд выступил с очень интересным, хотя и не оригинальным заявлением.

По его словам, Сирия якобы сохраняет запасы химических веществ, а именно хлор и зарин, а также имеет возможность производить и использовать данное оружие.

При этом данное заявление — это максимум, на что хватило американских дипломатов в ответ на выступление постоянного представителя Российской Федерации в Совете Безопасности ООН Василия Небензи 5 ноября 2018 г.

Напомним, тогда представитель России обвинил террористические группировки и работающую с ними в тесном контакте организацию «Белые каски», в подготовке провокаций с применением химического оружия в сирийской провинции Идлиб.

Однако, раз постоянный представитель организации от США сделал подобное заявление, попробуем его разобрать, а точнее в очередной раз убедимся в безосновательности слов американских дипломатов.

Начнем с того, что, делая подобные заявления, представители США ставят в крайне неудобное положение организацию, которую они сейчас хотят наделить достаточно широкими полномочиями, а именно ОЗХО.

Неудобство заключается в том, что Организация по запрещению химического оружия в свое время сделала официальное заключение, основанное на работе специальной комиссии, в котором указано следующее — на территории Сирийской Арабской Республики, подконтрольной правительству Сирии, уничтожены все имеющиеся у страны запасы химического оружия и прекурсоров к его производству.

Помимо этого, уничтожены все производственные мощности для его создания. Делая заявления о том, что правительство Сирии имеет запасы химического оружия и возможность его производства, господин Уорд ставит под сомнение авторитет ОЗХО как организации, способной отвечать за свои заключения.

В таком случае задается логичный вопрос — как тогда такой организации можно доверять принятие решения об установлении виновных лиц в совершении химических атак, если они даже не могут установить: есть химическое оружие в какой-нибудь конкретной стране или нет?

Кто-то может сказать, что производство идет скрытно. Начнем с того, что для эффективного применения отравляющих веществ они должны быть созданы и, соответственно, использованы в достаточно большом количестве.

Так, для того, чтобы поразить территорию около 300 квадратных метров, потребовалось бы около трех тонн хлора. Для справки, один химический боеприпас — не важно, будь то артиллерийский или авиационный — может доставить не более 2-5 килограммов отравляющего вещества. То есть, чтобы достичь такого эффекта, который в своих роликах публикуют «Белые каски», город должен быть подвергнут тотальной бомбардировке, состоящей из 1,5 тысяч боеприпасов.

Кто-то может усомниться, мол, очень много. Так не может быть! Конечно, не может быть, так как хлором, и это может подтвердить вам практически любой военный, артиллерийские снаряды и авиабомбы не снаряжают.

Боевое применение хлора — сложный и зачастую непредсказуемый процесс. Заключается он в том, что напротив объекта, населенного пункта, линии обороны расставляется огромное количество емкостей (похожих на газовые баллоны для сварки), после этого их вскрывают и, в случае попутного ветра, облако хлора накрывает атакуемые объекты.

Однако, для того чтобы был какой-нибудь эффект от подобной химической атаки, его должно быть очень много, несколько тонн. Вряд ли международные наблюдатели, комиссии, представители европейских и международных организаций, которые постоянно находятся в Сирии, ездят по всей стране, постоянно общаются с местным населением, не заметили бы заводы или фабрики, на которых возможно производить хлор в таких количествах.

Помимо этого, на протяжении всей границы зоны деэскалации постоянно находятся военные различных государств, таких как Россия, Турция, Иран, и с недавних пор свое присутствие там обозначили французы, норвежцы и, конечно же, американцы. Вызывает сомнение тот факт, что они бы не заметили несколько сотен баллонов с газом, направляемых к границе с провинцией Идлиб. 

С хлором разобрались. Теперь зарин. Начнем с того, что его производство — крайне сложный технологический процесс, требующий, на самом деле, фабричных мощностей, а также специальных прекурсоров для его создания. В Сирии после 2016 года просто не осталось производств, фабрик, где было бы можно синтезировать зарин. Это подтверждается в докладе ОЗХО за тот год.

Помимо этого, для эффективного применения зарина его необходимо немногим меньшее количество, нежели хлора. Да, зарином можно начинить некоторые виды боеприпасов. Однако это не авиабомбы, о которых кричали «Белые каски» в 2017 году, обвиняя правительственные войска в том, что на Хан-Шейхун были сброшены авиационные боеприпасы, снаряженные зарином.

Так как, ввиду особенностей применения этого вида химического оружия, авиабомбы им никогда не снаряжали ни одни вооруженные силы в мире. Зарином можно снарядить артиллерийские боеприпасы. Однако стоит отметить, что это достаточно сложный в технологическом плане процесс. Опять же, вспоминая доклад ОЗХО, такой возможности у правительства Сирии попросту нет, как нет и необходимости в применении подобного вида оружия против террористов.

А вот у боевиков как раз-таки есть интересы осуществления провокации с применением химического оружия в провинции Идлиб. Благодаря подобной провокации, они надеются как минимум на нанесение авиа- и ракетного удара по позициям правительственных войск со стороны США и их союзников, что может стать подспорьем для начала наступления на территории, занятые сирийскими войсками. Ну а задача максимум — это инициация полномасштабного вторжения стран НАТО в Сирию с целью свержения президента страны Башара Асада.

Кто-то может сказать про то, что если у Асада нет мощностей по производству химического оружия, то откуда они у боевиков? По большому счету, для провокации большого количества и не надо, достаточно просто имитировать факт его применения.

Во-вторых, на территориях, подконтрольных боевикам, комиссия ОЗХО не работала, так как террористы попросту никого туда не пускали. Поэтому не исключено, что в Идлибе бандиты могли сами произвести некоторую партию хлора. Также данные вещества могли были быть завезены на территории, подконтрольные боевикам, ранее, одной из сочувствующих им стран. 

В любом случае, постоянный представитель ОЗХО от США Кеннет Уорд в очередной раз выступил с безосновательными обвинениями в адрес сирийского правительства, обосновав его лишь собственными предположениями при полном отсутствии каких-либо доказательств. Что ж, это вполне в духе американской дипломатии, которой с каждым годом в мире верят все меньше. 

P.S. Самое ироничное заключается в том, что подобные обвинения звучат от страны, которая, несмотря на все требования ОЗХО, членом которой она является, до сих пор сама не избавилась от запасов своего химического оружия.

Читайте также: Вонь от сотен гниющих трупов: чёрная пустыня завалена телами боевиков и гумпомощью ООН (ВИДЕО, ФОТО 18+)

Сирийский военно-политический эксперт Хамза Аббас, для «Русской Весны»

Количество просмотров: 302



b4a8f662eb47b5d8