Украинские морпехи показали скотские условия, в которых живут на границе с Крымом на случай «нападения Путина» (ФОТО, ВИДЕО)

Украинские морпехи показали скотские условия, в которых живут на границе с Крымом на случай «нападения Путина» (ФОТО, ВИДЕО) | Русская весна

Украинские морские пехотинцы вынуждены жить практически под открытым небом на территории заброшенного советского пионерского лагеря в Херсонской области. Репортаж оттуда показало украинское издание «theБабель».

«Детский лагерь «Белые крылья» находится в урочище Цукур, недалеко от Скадовска Херсонской области. Уже несколько лет лагерь заброшен. В корпусах нет окон, крыша течет, а стены покрыла плесень. В 2018 году командование морской пехоты передислоцировало в этот район 140-й отдельный разведывательный батальон.

Лагерь определили под базу для морпехов. Его расположение идеально подошло: с моря местность прикрывает остров Джарылгач, а в 50 километрах находится оккупированный Крым. В апреле 2019 года к Херсонскому областному совету обратился начальник Генерального штаба Виктор Муженко и попросил передать лагерь в аренду Министерству обороны. Облсовет за решение проголосовал со второго раза, не все депутаты согласились.

Теперь Министерство обороны просит передать лагерь на баланс на постоянной основе — это необходимо, чтобы отремонтировать корпуса. Уже несколько месяцев депутаты не могут отдать лагерь, а все это время морские пехотинцы живут практически под открытым небом. 

«Белые крылья» — типичный советский лагерь для детей, расположенный на берегу моря. Несколько просторных корпусов, столовая, футбольное поле и спортивная площадка.

Еще в 2014 году тут отдыхали дети-сироты, потом территорию заняли военные батальона «Збруч», в 2016-м они ушли, а лагерь так и остался стоять пустой.

За последние пару лет оттуда украли все, что можно было украсть: унесли двери, окна, выдрали провода и даже сняли унитазы.

В 2018 году в этот район из Бердянска перевели 140-й отдельный разведывательный батальон морской пехоты. Его командир, майор Владимир Семкив уже полгода пытается добиться решения областного совета Херсона, чтобы забрать лагерь на баланс Министерства обороны и начать в нем ремонт.

С Владимиром договариваемся встретиться в Херсоне, чтобы поехать в лагерь вместе и посмотреть, в каком он состоянии. Семкив приезжает на автомобиле с еще одним морпехом, его позывной «Никель». От Херсона до «Белых крыльев» ехать чуть больше часа. Всю дорогу майор объясняет, почему этот лагерь важен для его подразделения:

— Ты посмотри на этот район. Кругом одна степь, даже линий электропередачи нет. А лагерь еще и стоит на берегу. Прямо через пролив — оккупированный Крым. Русские там разворачивают десантно-штурмовую бригаду. Тут даже планировать ничего не надо: высаживай десантников прямо под Скадовском. И вот у тебя две дороги: одна на Затоку, вторая на Херсон. Операция пару часов займет. А кто тут будет сопротивляться? Никаких подразделений нет, только несколько пограничников.


Михаил Мельниченко / TheБабель

Семкива перевели сюда меньше года назад. Он сразу приехал в Скадовск и осмотрел местность.

— Как только мы проявили интерес, сразу появилась местная власть, а потом к нам начали ходить разные непонятные люди. Но лагерь-то не персонально мне нужен. Мне надо куда-то расселить людей, которые девять месяцев в болоте живут. Надо формировать подразделение.

Первый раз вопрос о передаче лагеря в аренду вынесли на заседание областного совета 25 апреля. Перед голосованием заместитель председателя Херсонского облсовета Виталий Булюк сказал, что лагерь находится в курортной зоне, а Скадовск — «курорт государственного значения». По словам Булюка, «неуместно создавать военную базу рядом с детскими учреждениями».

Депутат предложил отложить рассмотрение вопроса и сослался на то, что местные жители против. Предложение Булюка отклонили, но первый раз так и не смогли проголосовать. В итоге глава облсовета Владислав Мангер вернул вопрос на голосование, и депутаты все-таки приняли решение подписать с Минобороны договор аренды на два года и десять месяцев. Семкив говорит, что этого времени не хватит даже на то, чтобы закончить ремонт.

— Аренда — первый этап. Теперь надо передать лагерь на баланс Министерства обороны, тогда мы сможем выделить на него деньги и сделать тут полноценную базу. А пока он не в нашей собственности, мы не можем на него потратить ни копейки.


Михаил Мельниченко / TheБабель

Рядом с большой желто-голубой надписью «Скадовск» дорога поворачивает налево, тут же вывеска — «Детские оздоровительные лагеря». Вдоль берега тянутся старые советские корпуса разных санаториев. Тут давно никто не отдыхает, а местность вокруг мало похожа на заповедник. Коричневая степь, глиняная колея и мусорные кучи у дороги. «Никель» показывает на заборы:

— Сколько мы тут уже? Больше полугода, и ни разу не видели, чтобы сюда кто-то приезжал. А депутаты говорят, что мы будем мешать тут кому-то. Кому? Воронам и бычкам в море?

Владимир смеется и говорит, что одним из аргументов Булюка против передачи лагеря было то, что он находится в заповедной зоне.

— Говорит нам: «У нас тут с 1965 года рекреационная зона». Привезти бы сюда специалистов из Германии, чтобы они взяли пробы почвы и воды, увидели бы, какая тут зона, 1965 год у него… Говорят: «Вы нам всю дорогу испортите». Да у нас и техники такой нет — все на колесах, и ездить мы по проселочной будем.


Михаил Мельниченко / TheБабель

Наконец машина останавливается у ржавых ворот, возле них стоят несколько мужчин в форме — это люди из подразделения Семкива, они живут в лагере и охраняют его от грабителей. 

Морпехи выстраиваются в шеренгу, Семкив подходит, машет рукой «вольно» и хлопает каждого по плечу. Мы проходим в ворота, впереди несколько кирпичных корпусов, хозпостройки, водонапорная башня, за зданиями заросшее футбольное поле, а дальше обрыв и море. Семкив предлагает провести экскурсию по базе, пока «Никель» готовит к пуску беспилотник. Проходим к первому строению. Большая просторная комната, в углу стоят бутылки с водой, банки с тушенкой, под стеной несколько печек. На стене нарисована лодка с персонажами мультика «Чунга-Чанга».

— Вот это кухня. Вот это все у нас от «попередников» осталось. Точнее, это все, что осталось. Мы как-то в божеский вид привели эту столовую, чтобы тут уже есть можно было. Так и питаемся.


Михаил Мельниченко / TheБабель

Рядом со столовой здание котельной: внутри ничего нет, провода вырваны, электрощитовые вырезаны. Канализация в лагере тоже не работает. Из четырех корпусов крыша не течет только в одном — в нем сделали косметический ремонт: покрасили стены, вымыли душевые, вычерпали воду из коридоров. Тут теперь и живут морпехи. Семкив показывает комнаты корпуса, в некоторых стоят панцирные кровати с матрасами.

— Вот эти двери мы хотя бы спасли, а то и их бы украли. Вы эти матрасы жуткие не снимайте, мы их поменяем уже скоро. Вообще, идея разместить тут военных хорошая. Вот есть лагерь — убитый и заброшенный, вот морпехи, вот армия, мова и вера. Но нам почему-то начали создавать негативный образ. Мол, мы соседним лагерям будем мешать.


Михаил Мельниченко / TheБабель

До ближайшего населенного пункта — поселка Красное — от лагеря семь километров. Других сел тут нет. В 2018 году в этом районе решили развернуть бригаду территориальной обороны численностью две с половиной тысячи человек. Командование «Юг» предложило передать в Министерство обороны два объекта: «Белые крылья» в Скадовском районе и объект по Бериславскому шоссе.

В октябре того же года вопрос о передаче лагеря внесли на заседание постоянной комиссии облсовета по вопросам коммунальной собственности. Комиссия решила «Белые крылья» военным не отдавать. Главный аргумент — рядом другие лагеря, а «Крылья» можно отремонтировать и продавать путевки уже не только херсонским детям, но и в другие области.


Михаил Мельниченко / TheБабель

На ремонт деньги выделили из бюджета еще в 2016 году, как только из лагеря выехали военные батальона «Збруч». Но, судя по состоянию лагеря, дальше покраски стен одного из корпусов дело не пошло. Источники в Министерстве обороны связывают нежелание облсовета отдавать лагерь с тем, что через него удобно выводить деньги: на бумаге их выделяют на ремонт, а на деле лагерь стоит брошенный.


Михаил Мельниченко / TheБабель

Еще одна причина — остров Джарылгач, он очень близко к лагерю. Морпехи за то время, пока живут в лагере, много раз видели браконьеров. Джарылгач — это заповедник, но браконьеры все равно расставляют у его берегов сети. По словам морпехов, даже если устраивать рейды и задерживать браконьеров с незаконным уловом, потом их отпускают.

— Месяц назад поймали прямо с лодками. Звонили в СБУ и в погранчасть: говорят, их отпустить, — рассказывает один из военных. — Парни отпустили, правда, все лодки медузы попортили. Большие такие боевые медузы, после них лодку на воду не спустишь.


Михаил Мельниченко / TheБабель

Семкив продолжает показывать остатки лагеря и рассказывает, как тут можно обустроить базу для морпехов и что где будет, если лагерь передадут Министерству обороны.

— Весь район должно защищать хорошее подразделение, профессиональные разведчики и техника. Потому что за сотню километров от нас стоит наш очень «добрый сосед», который оккупировал Крым. А у нас сейчас тут тактическая дыра.

Семкив не понимает, почему областной совет не хочет передавать лагерь. Ведь военные, которые сюда приедут, наполнят скадовский бюджет: снимут квартиры, будут тратить в городе деньги, перевезут сюда семьи. Еще один плюс — трудоустройство для местных: курортный Скадовск зимой выглядит пустым, а работы тут практически нет.


Михаил Мельниченко / TheБабель

После часовой экскурсии по лагерю Владимир предлагает прогуляться по окрестностям и посмотреть на территорию с помощью квадрокоптера. Даже сверху лагерь выглядит заброшенным.

— Я хочу, чтобы наш батальон стоял в стратегическом месте. У них там в Крыму уже и взлетная полоса подготовлена. Мы должны тут стоять и защищать наши границы».

Читайте также: Шокирующая Украина: В Киеве на улице нашли изнасилованного мужчину

Евгений Спирин

Количество просмотров: 27 047


b4a8f662eb47b5d8