Пора ли мириться с Эрдоганом? — мнение (КАРТА)

Пора ли мириться с Эрдоганом? — мнение (КАРТА) | Русская весна

Вопрос лично вам: «Выгоден ли России уход Эрдогана и приход к власти рафинированного, абсолютно прозападного политика?». Ответили? Ну, тогда давайте держать этот ответ в уме.

В конце мая закончилось, не начавшись, разрекламированное наступление курдско-арабско-американских сил на «столицу» ИГИЛ* Ракку. Оно оказалось даже не разведкой боем, а чем-то иным. Можно было подумать, что отвлекающим ударом, т.к. вскоре началось наступление тех же сил через плотину Тишрин на запад, в сторону города Манбидж.

Правда, «военная хитрость» открылась широкой публике (а значит, и «игиловцам») не после падения Манбиджа, а после язвительных репортажей западных же СМИ, в которых курды и арабские ополченцы «кушают долма» и понятия не имеют о каком-то наступлении. Что же стояло за «свистком в пустыне»?

Это было похоже на простейшую провокацию-одноходовку с целью подставить сирийскую армию в случае, если бы она приняла американское наступление за чистую монету и тоже начала наступление на Ракку с юга. Причем наступление с севера всё же могло развиваться «по обстоятельствам».

Но:

1. Ракка лежит на левом (северном) берегу Евфрата, ее освободила бы коалиция, наступающая с севера. Ей и вся слава. В то время, как ИГИЛ несомненно перебросил бы главные силы на южный берег для защиты транспортного коридора;

2. Войска Асада получили бы мощные встречные удары по деблокированию северной группировки ИГИЛ. И что-то подсказывает, что ни курды, ни тем более арабы и американцы на помощь Асаду не пришли бы.

Мы на приманку не клюнули и над американцами посмеялись. Справедливости ради, отметим, что и сирийская армия несколько раз имитировала наступление, в т.ч. в направлении «столицы» ИГИЛ. В феврале этого года даже отрапортовала о подходе к авиабазе Табка менее чем в полусотне километров от Ракки. Союзники по борьбе с ИГИЛ на это никак не отреагировали, и наступление свернулось.

Обычная стратегия в войне всех против всех, где в конечном счете победит тот, кто сохранит силы, пока другие бьют друг друга. Такова Сирийская война на шестом году, когда у сторон выбито от 40 до 60 процентов личного состава, а пополнение подрастает слишком медленно.

Тем не менее, после начала действительного наступления американо-курдско-арабской коалиции на Манбидж, сирийская армия все же двинулась на Ракку. Видимо, в расчете на то, что у «игиловцев», скованных на севере, не хватит сил для контрнаступления здесь.

Расчет оказался ошибочным. Манбидж был окружен курдами, ИГИЛ потерпел серьезные потери, но... наступление вдруг остановилось.

Это дало «игиловцам» необходимые резервы для контрнаступления против Асада, наступавшего на Ракку. Вечером 21 июня пришло сообщение: фланговые удары ИГИЛ, армия терпит поражение и откатывается на исходные рубежи. Одноходовка оказалась двухходовкой. Нас переиграли.

Хуже того, подстава сирийской армии – явно не единственная причина остановки наступления. Да и потери не критические. Но, похоже, радостные возгласы о том, что, начав наступление на Манбидж, США «слили» Эрдогана, оказались преждевременными.

По порядку. Плотину Тишрин курды взяли ещё в декабре прошлого года, после чего ситуация на этом участке фронта фактически зависла. Командование США неоднократно подчеркивало, что их цель №1 – Ракка. Их, но не курдов. Последним вовсе не хочется погибать за Ракку, т.к. присоединить этот город к Рожаве (Сирийский Курдистан) им, как считается, не светит. Они требовали наступления на запад от Евфрата – на Манбидж и далее, чтобы соединиться с самым западным курдским кантоном Африн. Причем и коридор населен преимущественно курдами (по крайней мере, был населен до захвата «игиловцами»).

Наступление не начиналось полгода, поскольку против соединения кантонов Сирийского Курдистана вдоль почти всей турецко-сирийской границы категорически выступала Турция. Дело в том, что в Рожаве безраздельно правит партия Демократический Союз (ДС), фактически филиал левой Рабочей партии Курдистана (РПК), воюющей против Турции.

И это особенно обидно для турецкой дипломатии при ее несомненном успехе во взаимоотношениях с главным курдским государством – пока еще иракским Курдистаном. Его президент Масуд Барзани и правящая там Демократическая партия (ДПК), скажем мягко, нашли взаимопонимание с Эрдоганом, убеждают его в том, что независимый Курдистан будет «лучшим союзником Турции» и не имеет к ней никаких территориальных претензий.

В общем, «лучше синица в руке, чем журавль в небе». Папа Масуда, национальный герой Курдистана Мустафа Барзани, в гробу переворачивается.

Но понять Масуда Барзани можно: после разгрома ИГИЛ и начала стабилизации в регионе провозгласить независимость будет гораздо сложнее. Сегодня осталось решить несколько тактических задач, и уже после решения вопроса с Мосулом вероятность провозглашения независимости Курдистана будет очень высокой. Курдам этот город вряд ли достанется (хотя когда-то они здесь составляли до 60 процентов населения), но для торга сгодится.

Этот пассаж об Иракском Курдистане к тому, что опасность вооруженного конфликта между двумя Курдистанами еще недавно была очень высокой. До кровопролития не дошло (точнее, дошло, но было «замято»): национальное единство – главная ценность для курдов, независимо от политических убеждений. Но в последнее время, как раз после остановки наступления, температура внутрикурдских «дискуссий» резко снизилась.

Зато просочились слухи о том, что РПК и ДС Рожавы тоже предпочли «синицу»: начались переговоры о мире с Турцией. Т.е. наступлением на Манбидж США всего лишь стимулировали Эрдогана к переговорам. Каковы будут их результаты?

Строить «гипотезы на основе гипотез» – неблагодарное дело, но ясно следующее:

1. Судя по некоторым высказываниям госпожи Клинтон, она допускает раздел Сирии в качестве решения проблемы. Возможно, через стадию раздела де-факто, как конфедерации по типу Боснии и Герцеговины. Если сирийская будет иметь не такие сумасшедшие внутренние границы, как боснийская, и учитывая то, что Сирия не в Европе, спрогнозировать результат несложно: окончательный развод не заставит себя ждать. Схожим образом Клинтон высказывалась и по поводу Ирака.

2. Независимость Иракского Курдистана неизбежно поставит вопрос о разделе арабской части на шиитскую и суннитскую, а следом – о воссоединении суннитской части Ирака с суннитской Сирией. Этакий «ИГИЛ без ИГИЛ». Дело не только в личных пристрастиях Клинтон, а в растущем понимании того, что если в Европе не удается склеить «разбитую чашку» БиГ, то еще меньше шансов в Азии. Как посетовал один американский дипломат, если бы в начале 2000-х, когда таджики, узбеки и хазарейцы люто ненавидели пуштунов, Афганистан был разделен, то сейчас на двух третях территории страны существовала мощная нация, сдерживающая талибов практически собственными силами.

3. В последнее время турецкие СМИ едва ли не чаще курдских фантазируют на тему границ «курдской автономии в Сирии», одновременно продолжая поддерживать официальную позицию непризнания такой автономии. Странный парадокс. Еще интереснее, что курдам предлагается удовлетворить свои амбиции за счет... Ракки.

Т.к. провинция и город Алеппо — это земли «2,5 сирийских турок» (по данным самих турок; по другим – 200 тысяч). «Мы чувствуем боль Алеппо в своих сердцах, – заявил еще в феврале тогдашний премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу. – Мы будем защищать Алеппо во имя Газиантепа, Кахраманмараша и Шанлыурфы» (древние города Антеп, Мараш, Урфа с новейшими турецкими титулами, соответственно: «храбрый», «герой», «славный»).

4. Светские, не приемлющие фундаментализма горожане-сунниты были первыми, кто покинул Сирию. Границы государства алавитов в 1920-х уже существовали, друзов и сегодня защищает Израиль, оставшиеся христиане чувствуют себя в относительной безопасности только в Дамаске и в районах, соседних алавитским. Параметры будущего раздела достаточно прозрачны. Главное препятствие раздела – Асад. И мы при нём. Война только начинается.

А знаете, давайте представим, что мы всех победили? Только будем честными. У нас нет миллиардов и миллиардов, и не рублей, необходимых для восстановления Сирии. А те, кто развязал там войну, поступят как всегда: предложат «забыть взаимные обиды» и много-много денег. И Сирия пойдет навстречу. Пойдет, пойдет. Проходили.

Операцией в Сирии Россия достигла важных косвенных целей. Прямых же целей, допускающих вовлечение страны в полномасштабный конфликт, у России здесь нет. Самое время определить наши приоритеты на случай, если партнеры прямо поведут дело к де-факто или де-юре разделу Сирии.

На наш взгляд, помимо всех тех озабоченностей, требований уважать права человека и прочего, что будет озвучиваться ООН в связи с ситуацией в Сирии, это:

1. Согласие на туркменскую автономию на территории провинции Алеппо, с возможным развитием ее самоуправления вплоть до независимости и воссоединения с Турцией.

2. Аналогичный статус автономии и возможность зеркального развития получает юг турецкой провинции Хатай – левый берег реки Оронт с левобережной исторической (не промышленной) частью города Антакья (Антиохия) – центром второй по иерархии православной церкви. (Эти две территории не равноценны: «Антиохия» раз в 12 меньше «Алеппо». Подобный обмен – одна из форм изменения границ. Например, в 1902 году Британия навязала Египту обмен его «треугольника Халаиб» на в 10 раз меньший суданский «треугольник Бир Тавиль».)

3. Ввиду обостренного восприятия в регионе темы «новых крестовых походов», кажется нерациональным создание в Сирии отдельного христианского государства. Разумнее вариант алавитско-христианско-шиитского государства на западе Сирии (побережье, бывшая часть провинции Идлиб, запад Хамы и Хомса, а также Антиохия) – «Северный Ливан», «Левант».

4. Проработка вопроса о возможности раздела остальной Сирии на два автономных региона: светского на юге (Шам), исламского – на севере (Аусат).

5. И, наконец, то, что получает Россия. Это Северный Кипр. Разумеется, речь не может идти о простой «сдаче» ТРСК Турцией. Речь о комплексном соглашении, которое предложит туркам-киприотам (на две трети – относительно недавним переселенцам из Турции) очень достойные условия в том же Алеппо. Греки-киприоты возвращают на севере даже больше, чем предлагал им план Кофи Аннана. Россия получает не менее половины нынешней ТРСК всего лишь в виде военной базы, со статусом, аналогичным британским базам на острове. Гражданское население этой территории составят русские, греки, сирийские христиане.

Вряд ли Кипр и даже Евросоюз выступят против такого решения застарелого конфликта, если в том же соглашении будут согласованы параметры инфраструктуры и вооружений базы. Смею предположить, что для России это будет несущественно с учетом баз в Латакии и Тартусе. Но между Россией и Турцией будет снят «психологический барьер» против мирного (!) изменения границ. Что позволит в дальнейшем решить важные исторические задачи обоих народов.

Альберт Акопян (Урумов), специально для «Русской Весны»


 * Запрещенная в РФ террористическая организация.

Пора ли мириться с Эрдоганом? — мнение (КАРТА) | Русская весна
Количество просмотров: 18 695


b4a8f662eb47b5d8