Коронавирус как новая война — сможем ли повторить победу?

Коронавирус как новая война — сможем ли повторить победу? | Русская весна

Мы уже привыкли всем миром выходить на «Бессмертный полк». Привыкли чувствовать себя наследниками победителей, видеть мощь объединённого народа и, находясь в этом могучем потоке, если не произносить вслух, то хотя бы подразумевать гордую фразу: «Если надо — можем повторить!».

Похоже, в этом году «Бессмертный полк» как массовое шествие отменяется. Для этого есть веская причина — эпидемия коронавируса. И это не просто досадная помеха. По сути, судьба снова бросает нам вызов — имеем ли мы право считаться наследниками победителей? Достойны ли мы победить в новой, невиданной прежде войне?

Кто-то скажет: ну, загнул! Как можно равнять страшную войну, с артобстрелами, пожарищами, бомбёжками и миллионами жертв, и какую-то залётную простуду, которую пока подхватило всего-то несколько тысяч соотечественников?! Да, это два совершенно разных испытания, непохожих, как лёд и пламень, — и всё же для их сравнения есть немало оснований.

Каждый новый день приближает нас к пониманию этого.

Во-первых, войну и эпидемию сближает число потенциальных жертв.

Значительная часть учёных считает, что эпидемия начнёт угасать естественным путём, только когда охватит 70% населения. Эту цифру, кстати, уже озвучила официально канцлер Германии Меркель.

Но если переболеет 70 процентов, сколько же тогда умрёт? Немецкие оптимисты рассчитывают, что удержат смертность на уровне 1,2% от заболевших. Если их расчёт верен и для России, инфекция унесёт 0,84% нашего населения (то есть придётся копать более одного миллиона двухсот тысяч могил!).

Вполне себе армейские потери Первой мировой. Однако пока ни одна страна в мире не добилась столь низкой летальности.

Лучший результат получен в Китае, где вылечили 96% заражённых, — соответственно, похоронили 4%. А в большинстве крупных западных стран умирает более десятой части инфицированных новым вирусом (см. доказательства, например, на https://www.youtube.com/watch?v=liS08Rka_zk).

Получается, если прогнозировать китайскую смертность, мы в конце концов не досчитаемся четырех миллионов соотечественников. А если западную — потеряем более 10 миллионов человек. По числу жертв самая что ни на есть Великая Отечественная. Особенно если учесть, что РФ — только часть Советского Союза.

Неужели этот страшный прогноз не выдумка, не бред? Нет, в Европе, США и многих других регионах мира эпидемия развивается именно так. На сегодня только Китай (и ещё, возможно, Вьетнам, см. http://timakov.org/news/369463880.htm) подавил инфекционный очаг начисто, фактически уничтожив вирус на своей территории. 

А на Западе всё идёт по сценарию, озвученному Меркель, — они только тормозят инфекцию, но не ликвидируют её.

Посидят по домам, собьют темп распространения вируса, увидят, что начали освобождаться реанимационные палаты, вздохнут с облегчением, выйдут на улицы — и всё начнётся сначала. Поэтому миллионы трупов для Европы — совершенно реальная перспектива для всех стран, не готовых вводить тотальный китайский карантин.

Вторая параллель с эпохой 1941–45 годов — статус победивших и проигравших государств.

 Мы видим, как на наших глазах рушится мировое лидерство США и на это место претендует Китай.

Именно к КНР обращаются за помощью терпящие бедствие страны мира. Именно в КНР закупают медицинские маски, дезинфицирующие средства, тест-системы, аппараты искусственной вентиляции. Китайцы становятся законодателями мод в самом ажиотажном секторе современного рынка.

Жители Поднебесной смогли напрячься, поголовно закрыться и победить, а теперь быстро восстанавливают свою экономику после трёхмесячного стресса. А их конкуренты в Европе, Америке, Бразилии, Индонезии, не решающиеся на тотальный карантин, погружаются в затяжную депрессию.

Конца-края надвигающемуся кризису не видать, как не видать конца развивающейся эпидемии.

Если нынешняя вирусная лихорадка продержится несколько лет, ВВП целого ряда стран (и не только туристических центров) может снизиться в разы.

Очень вероятно, что при таком течении событий доллар потеряет престиж мировой валюты, а самой надёжной денежной единицей Земли станет юань.

Где же в итоге окажется Россия: среди победителей или побеждённых? На кону сегодня стоит почти то же самое, что и в 1941 году: потеря миллионов сограждан и превращение в захолустье с разгромленной экономикой. Как мы, наследники победителей, должны отреагировать на вызов такого масштаба?

Сегодня бессмысленно гадать на кофейной гуще: когда же пройдёт пик эпидемии и не начнётся ли её сезонный спад? С таким же успехом можно было гадать, на каком рубеже остановится Гудериан и не увязнет ли он в русском бездорожье в сезон осенних дождей?

Гудериан не мог увязнуть сам собой, его пределом мог стать только тот рубеж, на котором его остановили наши деды. Так же и коронавирус не исчезнет сам собой.

Остановить его можем только мы сами, и только тогда, когда начнём оказывать достойное сопротивление.

Бессмысленны сейчас досужие споры об искусственном или естественном происхождении коронавируса. Осенью сорок первого не имело никакого смысла выяснять: вскормили Гитлера немецкие или заокеанские капиталисты или же «коричневые рубашки» сами навязали европейскому капиталу волю немецкой улицы.

Этот теоретический спор уже не имел отношения к практической задаче: остановить врага, обратить его вспять и выгнать с русской земли. И сегодня 
не имеет значения — сконструирован COVID-19 в лаборатории или возник в ходе естественного мутагенеза. Откуда бы он ни взялся, наша задача — остановить его и уничтожить.

Когда Путин объявил первую нерабочую неделю, начал быстро набирать популярность мем: «Это первая победа, которую можно одержать, лёжа на диване».

Шутка бодрящая, но далёкая от суровой действительности.

Одержать победу, лёжа на диване, невозможно. Чтобы одержать победу, нужно совершить подвиг. Этого правила никто не отменял, особенно если речь идёт о судьбоносных событиях. 

Что такое подвиг, продемонстрировали китайцы, развернувшие настоящую тотальную войну против вируса (см., например, http://timakov.org/pub/geop/kak-kitay-koronavir.htm).

Они не просто поголовно отсидели по квартирам, но также закрыли на месяц почти все производства (кроме работающих на медицину). Китайские меры превосходят воображение правительств иных стран, и до сих пор никто в мире не решился действовать именно так.

Впрочем, та грандиозная борьба против Гитлера, которую вёл в 1941–45 годах наш народ, тоже превосходила воображение остального мира — именно поэтому никто, кроме нас, не смог остановить триумфальное шествие немецких наци.

Редко бывает так, чтобы проигравшая сторона не готовилась к войне.

Причина поражения, как правило, не в отсутствии подготовки. Причина в том, что готовились к прежней войне, а грянула совершенно новая.

Так французы весной 1940 года рассчитывали стреножить немцев позиционным сидением на линии Мажино, как в Первую мировую, но стратегия и тактика прежних времён оказались негодными в новых условиях.

Сегодня же мы стоим перед лицом совершенно невиданной мировой войны, где меняется всё, где прежние навыки и достоинства, прежние представления могут не понадобиться, где от нас потребуются абсолютно иные качества, иные знания.

Если раньше вершиной героизма было броситься на амбразуру или протаранить «Мессер», то теперь необходимы железная выдержка в затворе и стоическое соблюдение правил гигиены. Скажете, чепуха по сравнению с подвигом Матросова?

На первый взгляд, чепуха. Но готов биться об заклад, тысячи соотечественников предпочтут броситься на пулемёт, просидев взаперти два или три месяца. Затвор — это тоже подвиг, который не каждому по силам. Но на данной войне востребован именно он.

То, что мы сегодня называем добровольной самоизоляцией, от которой многие уже порядком устали, — никудышная мера против коронавирусной инфекции.

Когда одни запираются в своих квартирах, а другие спокойно разгуливают по улицам — это всё равно что оборонять крепость, выставив гарнизон на одной стене и распахнув ворота на другой.

А ещё с таким же примерно успехом можно было в июне 1941 года не проводить всеобщую мобилизацию, а попросить желающих добровольно отправиться на фронт. Конечно, патриотов-добровольцев нашлось бы немало, но разве могло их хватить, чтобы остановить вермахт?

Даже после всеобщей мобилизации пришлось отступать до Москвы и Сталинграда, а с добровольцами можно было вести разве что партизанские операции. Вот и у нас сегодня одни сидят по домам, как партизаны в землянках, а другие выходят наружу — и тем самым фактически сдают нашу землю коронавирусной инфекции.

Помните, с какими песенными строками поколение наших дедов вступало в свою войну? «Если завтра война, если враг нападёт, если тёмная сила нагрянет, КАК ОДИН ЧЕЛОВЕК, ВЕСЬ СОВЕТСКИЙ НАРОД за свободную Родину встанет!»

Весь народ как один человек — только так можно одержать победу.

А мы в незримой войне нашего поколения выступаем кто в лес, кто по дрова. И правительство в растерянности, не готово дать команду ко всеобщему сопротивлению —  то есть к тотальному карантину китайского образца. И народ в растерянности, не знает — верить в серьёзность угрозы или игнорировать уговоры сверху. 

В этих условиях кажется мужественным сохранять невозмутимость, не сеять панику, не обращать внимания на всё более тревожные сводки, жить и работать по-прежнему. Но это абсолютно ложный посыл. Мужественно ли во время авианалёта не прятаться в бомбоубежище, а спокойно разгуливать под бомбами? Нет, это просто глупо.

А если разгуливать рядом с замаскированными складами и тем самым наводить противника на цель — такое поведение уже граничит с изменой.

Так вот, тот, кто сегодня говорит о безвредности коронавируса и игнорирует меры предосторожности, не просто рискует своей головой, а содействует распространению смерти, иными словами — наводит противника на цель.

Если это мужество — то мужество предателя, поворачивающего оружие против своих. Говорят, не можем сидеть дома, потому что проели запасы. Может быть, в блокадном Ленинграде было легче? В осаждённом Севастополе? В каменоломнях Аджимушкая?

Что-то они, каждый день хороня истощённых друзей, не побежали сдаваться немцам ради пайки, положенной пленным. А мы ещё лишний вес не успели сбросить, а уже готовы поднять руки перед коронавирусом.

Сегодня паникёры не те, кто повсюду опасается подхватить инфекцию, а кто заявляет —  хватит сидеть по домам, экономика трещит! Когда солдат роет глубокий окоп и надевает каску —  это не трусость, а благоразумие. Трусость, когда он хватает листовку врага и бежит в плен, потому  что там «хорошо относятся и сытно кормят».

Сегодня опасная трусость — не в подчёркнутом удалении от прохожих, не в постоянном мыть рук, а в страхе потерять доходы.

Тот, кто утверждает, что карантинные меры надо отменить или ослабить, чтобы не нанести ущерб экономике, напоминает скупца, который за свою жадность заплатит дважды, трижды и во много раз больше.

Когда летом сорок первого начался демонтаж заводов Харькова, Тулы или Брянска для отправки на восток, это тоже наносило ущерб экономике. Могли себе работать, выпускать продукцию, да ещё составов сколько освободилось бы! Но именно своевременная и скорая эвакуация заводов из, казалось бы, глубокого тыла, помогла выиграть Великую Отечественную войну.

И сейчас именно своевременный и жесточайший карантин может дать надежду на дальнейшее скорое восстановление, а затяжка ввергнет страну в перманентный кризис, в бесконечный цикл: «заболели — попрятались — подлечились — вышли — заболели». Не лучше ли потерять один-два месяца доходов, истребить вирус и вернуться к полноценной работе,  чем потом годами находиться в состоянии грогги с периодическими вспышками эпидемии?

Особый разговор о шкурничестве.

Представляете себе директора, который отказывает вывозить семьи сотрудников из предблокадного Ленинграда, потому что в грузовике не хватает места для его серванта, софы, люстры и прочих пожитков? Думаю, разговор с ним был бы короткий. А как сейчас мы относимся к бизнесменам, которые увольняют сотрудников ради сохранения собственного имущества?

Президент с пониманием кивает плачущей дамочке, которой прокуратура не разрешает вышвыривать на улицу семьи с детьми. А ты продай часть нажитого, шкура, и спаси своих работников от голода на карантине — это ведь их трудом создано твоё богатство! Жалко? Вот и шкуре-директору жалко было кинуть софу и люстру, казалось проще оставить в Ленинграде своих рабочих. Не должно быть к таким ни жалости, ни сочувствия. 

И вот ещё — коллаборанты.

Многие полагают, что можно жить и с коронавирусом: мол, «я  не старик — меня не тронет». Так же в прошлом находились люди, считавшие, что можно жить и с Гитлером: «Я не коммунист, не еврей — меня не тронут». Из-за такой капитулянтской психологии французы открыли Париж, а датчане и чехи сдались без боя.

Минимизировали потери. Сегодня  вся стратегия западных стран в борьбе с эпидемией построена на такой же минимизации потерь: научиться жить с коронавирусом и успевать лечить заболевших. Пока никто, кроме Китая, не ставил задачу полного уничтожения инфекции — ведь для этого недостаточно свободной воли гражданского общества, нужна всенародная мобилизация. 

И Россия, подражая Западу, тоже на мобилизацию не решается, словно готовится жить с коронавирусом вечно.

Хочется спросить: господа-начальники, вы для чего вертикаль власти сверху донизу строили? Чтобы красивые результаты на выборах рисовать? Пробил час, применяйте командную модель в настоящем деле. 

А на чём сегодня сосредоточены администрации всех уровней? Они рапортуют о готовности больничных коек, о наличии аппаратов искусственной вентиляции. Да разве это ключевое звено сопротивления?

Представьте себе, комендант города в сорок первом докладывает в Ставку: начались воздушные налёты, но у нас все госпитали готовы, перевязочных средств полно, пусть летят, мы всех раненых уложим и перебинтуем! Что ответит Ставка? — А как у тебя со средствами ПВО, болван?! С воздушной сигнализацией, с бомбоубежищами?

Ты сбивать врага на подлёте должен и людей укрыть, а уж потом, если не удастся отразить атаку, раненых бинтовать! Так и в наши дни начинать надо с главного: карантин, блокпосты, диагностика, маски, перчатки, дезинфекция, социальная дистанция, гигиена.

Это наше оружие, чтобы сбить врага на подлёте. А искусственная вентиляция лёгких — последний рубеж, когда первые уже преодолены, а главные не сработали.

Да, мы во многом оказались не готовы к мировым потрясениям нового типа: ни психологически, ни организационно.

Не готовы даже к скромному подвигу дисциплины и самоограничения, не говоря уже о самопожертвовании. Оказались не достойны своих дедов и прадедов. Какое уж там «если надо — сможем повторить»?!

Пока мы новую войну, мировую войну нашего поколения, проигрываем по всем направлениям. Впрочем, и наши предки, несмотря на их высокие духовные качества и ударный предвоенный труд, тоже не во всём оказались готовы к той далёкой войне.

Пришлось понести огромные жертвы, прежде чем научились бить врага и погнали его с родной земли. Значит, и у нас ещё остаётся шанс встряхнуться и принять бой.

Может быть, умножающиеся день ото дня потери пробудят у нас волю к всенародному сопротивлению? Может, заставят вспомнить, что мы — внуки и правнуки победителей. И если надо —  сможем повторить.

Читайте также: Пандемия: искусственная паника или недооценка угрозы?

Владимир Тимаков, депутат Тульской городской думы, биолог

Количество просмотров: 6 106


b4a8f662eb47b5d8